Вячеслав Новицкий (viacheslav_sn) wrote in ru_polit,
Вячеслав Новицкий
viacheslav_sn
ru_polit

Крах капитализма по Марксу или сам по себе?

Когда-то Маркс предсказал конец капитализма, произнеся фразу «буржуазия производит своих собственных могильщиков» -

капиталисты накапливают капитал во все возрастающих объемах, что приводит к неизбежному снижению нормы прибыли.

Опровергнутой эта предсказанная опасность считается потому что она многократно разобрана в экономической литературе с привлечением строгих математических формул, в то время как сам Маркс никаких формул не дал. Об этом, в частности, пишет Томас Пикетти.

Я, кажется, догадываюсь, почему Маркс не стал записывать свою «формулу» в виде строгого математического выражения. Отвечу на недоумение Пикетти по этому поводу словами самого Пикетти:

Скажем прямо: экономическая наука так и не избавилась от детского пристрастия к математике и чисто теоретическим и зачастую очень идеологическим рассуждениям, которые препятствуют историческим исследованиям и сближению экономики с другими социальными науками. Слишком часто экономистов волнуют мелкие математические задачи, которые, кроме них, никому не интересны; прилагая лишь небольшие усилия, они могут претендовать на научность своей деятельности и избегать поисков ответов на намного более сложные вопросы, которые ставит окружающий их мир[2].

…Функция Кобба-Дугласа стала очень популярной в учебниках по экономике… (экономисты любят простые истории, даже когда их точность остается приблизительной)…


В рамках этой доброй экономической традиции детского пристрастия к математике, сам Томас Пикетти «помогает» Марксу и исправляет его «оплошность», предлагая формулу, которую, по его мнению, Маркс имел ввиду:

В ситуации, когда структурного роста нет и темпы роста g равны нулю, мы сталкиваемся с логическим противоречием, очень схожим с тем, что описал Маркс. Когда норма чистых сбережений s становится положительной, т. е. когда капиталисты, исходя из стремления к власти и сохранению своего положения или просто потому, что у них уже достаточно высокий уровень жизни, из года в год накапливают все больше капитала, соотношение между капиталом и доходом все больше увеличивается. В целом, если темпы роста g низкие и приближаются к нулю, соотношение между капиталом и доходом β=s/g в долгосрочной перспективе стремится к бесконечности. А при бесконечно высоком соотношении между капиталом и доходом β доходность капитала r непременно должна упасть и стать бесконечно близкой нулю, поскольку в противном случае доля капитала α=r* β поглотит весь национальный доход.

Подобными глобальными математическими решениями гуманитарных вопросов, много занимались на протяжении XX-го века. Уменьшается доля труда в национальном доходе или она просто колеблется туда-сюда в зависимости от конъюнктуры, оставаясь стабильной? Т.н. «буржуазные экономисты», бравшие короткие периоды для расчетов, утверждали, что трудовые доходы остаются стабильными. Марксисты брали более длительные периоды и доказывали, что доля труда потихонечку все же падает, пусть и не так быстро, как об этом якобы писал Маркс.

Лично мне сложно представить и ту, и другую ситуацию. Я в экономике самоучка и пришел к своим мыслям относительно нее из практических сфер. В ВУЗе я экономику не любил именно за эти бездушные формулы, в которые облекается, пусть и совокупность, но все же конкретных действий конкретных людей. Когда я думаю об экономике, я не представляю себе ряд формул, объясняющих гармоническую экономическую систему, вечно стремящуюся к какому-то глобальному равновесию, на непременном наличии которого эти формулы основаны. Я представляю себе конкретного менеджера Ивана Ивановича или предпринимателя Джона Смита, сидящих и принимающих решение исходя из конкретной экономической обстановки.

Я очень хорошо знаю этих людей! Поверьте, никто из них не будет ждать, пока доходность капитала r станет бесконечно близкой к нулю. Более того, они не будут ждать даже в том случае, если доходность капитала упала вследствие колебательных процессов и вот-вот должна вернуться обратно к высоким показателям. Они каждый свой трудовой день будут стремиться к тому, чтобы их капитал приносил максимальную прибыль, несмотря ни на какие глобальные превратности, создаваемые экономической математикой, и в этом стремлении они вовсе не ограничатся «максимально диверсифицированным портфелем инвестиций, когда каждая единица капитала может быть использована наилучшим образом». Учитывая, что эти парни получили свои места в конкурентной борьбе с сотнями других претендентов, продемонстрировав незаурядные лидерские качества, оригинальное мышление и тому подобные вещи, о которых мы все пишем в своих резюме, можно не сомневаться: решение они найдут, просто «взломав» те условия, на которых выстраиваются формулы. Человек всегда найдет способ подчинить себе природу! Ведь он нашел управу даже на знаменитый закон физики F=G*((m1*m2)/(R*R)), и спокойно летает себе на самолетах, ракетах и прочих летательных аппаратах, ни капли не переживая о том, что наделал.

В нашем конкретном случае Иван Иванович и Джон Смит нашли себе помощь у государства, спутав всю математику, точнее, создав какую-то новую, еще не осознанную человечеством.

Именно в этом конкретном практическом состоянии я и предлагаю исследовать экономические реалии. Исходить от человека, от его деятельности, а не от абстракций, которым он, по замыслу создавших эти абстракции, подчиняется с неизбежностью. Думаю, именно поэтому Маркс и не дал формулы к своему утверждению о падении нормы прибыли – слишком уж нежизненной эта формула бы получилась. Тем более, что Маркс предполагал новую формацию общественно-экономических отношений, взамен существующей капиталистической и считал, что она придет в результате осмысленных действий человечества, вызванных найденным им противоречием. Может, Маркс несколько переоценил человечество, почему-то решив, что раз уж оно все-таки возьмется общественно-экономические отношения менять, то сделает это коллективно и справедливо. Он считал, что капитализм – это последняя стадия стихийных отношений, а дальше человечество найдет в себе силы эти отношения упорядочить и регулировать по мере их эволюции. Мы видим, что эти ожидания не оправдались, что человечество все же нашло в себе еще немного сил, чтобы побыть в блаженной анархии, которую экономисты так здорово причесали и облагородили математическими уравнениями Вечного Баланса. Однако в данном конкретном случае все это лирика, а важно только, то что не стоит увлекаться детским пристрастием к математике в ущерб сложным гуманитарным дисциплинам.

В России есть хороший пример, как увлечение математикой в гуманитарных науках привело к довольно забавным вещам. Двое ученых-математиков Фоменко А. Т. и Носовский Г. В. как-то решили применить свои математические познания в области… истории. Приступив к делу, они начали с поиска того, что могло бы стать переменными в их формулах. Первое, на что ученые обратили внимание – это удивительное сходство между отдельными историческими событиями. Как ни странно, оказалось, что каждый правитель государства, во-первых, рождался, во-вторых, принимал участие в нескольких значительных и массе незначительных битв, а потом умирал в собственной постели или насильственной смертью. Они даже были удивительно похожи друг на друга внешне: часть носила бороду, а часть гладко брилась. Делали они также вещи вполне одинаковые: проводили налоговые реформы, раздавали поместья вельможам (у каждого, вдобавок ко всему, были вельможи!), интриговали, казнили, миловали, заключали международные договора. Говорили на языках, отдельные слова которых звучали одинаково, а отдельные – по-разному.

Все это позволило математикам, увлекшимся историей, совершить ряд поразительных открытий. Нет, они не просто вывели формулу, по которой можно было бы предсказывать судьбу будущих правителей – будут они бритыми или бородатыми, устроят какую-нибудь битву или не устроят и т.п. Это было бы мелковато, учитывая масштабы личностей ученых. «Наложив» одного правителя на другого, они обнаружили, что никаких отдельных правителей не было, а все это просто копирование в глубь столетий одних и тех же личностей, совершавших одни и те же деяния. Кто-то гнусно подделал историю, скрыв происходящее ранее воцарения Михаила Романова в XVII веке. Однако полностью все, конечно, подчистить не удалось, и по некоторым методикам, в том числе «математическим», можно было кое-что восстановить.

Таким восстановлением историки-революционеры и занялись. Книги печатались одна за одной, люди читали их, «пьянея от строк», принося немалый доход их авторам. Оказалось, что никакого монголо-татарского ига не было, а Чингиз-хан – один из исконно русских царей, удачно повоевавший и захвативший почти все человечество. Потом, правда, человечество каким-то образом умудрилось прогнать потомков навязчивого завоевателя, заодно и стерев позорные для себя, но славные для россиян, страницы истории из памяти. В математической модели «хронологических сдвигов» Чингиз-хан оказался одновременно Иваном Грозным, Владимиром Мономахом и кем-то еще (возможно, я ошибаюсь в конкретных персоналиях, так как воспроизвожу эту «новую хронологию» по памяти, не имея достаточно сил опять к ней обратиться). Его сын Батый также нашел себе реинкарнации как до своего реального существования, так и позднее.

Вскоре новым хронологам стало тесно в рамках истории России, и они быстренько изучили историю всего остального мира. Естественно, не обнаружили там ничего оригинального: того же Чингиз-хана, да его сына. Если не ошибаюсь, воплощением одного из них оказалась английская королева Елизавета – скорее всего, хана Батыя, потому что также, как и он, не носила бороды. Иисус Христос оказался, само собой, Царем Славян и Носовский с Фоменко даже обнаружили Его могилу, почему-то в Стамбуле. В принципе, ничего странного в этом нет: хоронились же Русские Цари в Египетских пирамидах! Это было очень удобно, особенно, если учесть, что ездили тогда на лошадях, а Царь, поскольку он Царь, мог умереть в любом месте своей Империи – хоть где-нибудь в Испанских провинциях, а хоть и на Дальнем Востоке. Да хоть и на американском континенте - Америка, вроде бы, тоже в нашу империю вошла.

Скажете – псевдонаучный конспирологический бред? Конечно – бред! Безусловно, в данном случае математика использовалась не для поиска Истины, а просто чтобы продемонстрировать «авторитетность» мошенников. Я привел эту ситуацию в качестве примера не для того, чтобы делать сравнения и экстраполяции, а просто чтобы наглядно продемонстрировать, почему математические методы не всегда применимы к отношениям между людьми. Очень большая проблема в этом случае – установить переменные и допустимые для них значения, а также вместить в ограниченное количество математических выражений всю совокупность отношений, возникающих в общественном пространстве.

Вернемся к «формуле Маркса» β=s/g. «Решение», которое предлагается в качестве причины, почему Маркс неправ – это предположение, что Маркс видел переменную g, являющуюся отражением темпов структурного роста, то есть темпов роста производительности и населения, равной 0. Получается, что капитал просто накапливается, на каждого работника становится больше станков, другого оборудования – от этого, естественно, доходность капитала на каждую его единицу падает. На самом же деле постоянный рост производительности и населения позволяет уравновесить прибавление новых единиц капитала, создавая вечную гармонию пропорций. Растет также и «человеческий капитал», то есть технологическое усложнение требует особенной квалификации от работника, тем самым повышая его ценность, что, в свою очередь, увеличивает трудовые доходы по сравнению с чистыми доходами от капиталов.

Вывод отсюда самый простой: развивай науку, увеличивай население, повышай его квалификацию, следи за его здоровьем, чтобы квалифицированные кадры использовать максимально – и будет тебе куда вложить вновь создаваемый капитал без потерь для его доходности.

Все это прекрасно выглядит в математике. На практике – намного хуже. Например, мы знаем, что 70% современных французов заняты в сфере услуг и большинство из них в той конкретной ее части, которая отвечает за государственное образование и государственную медицину. 70%, Карл, следят за тем, что развивают население и следят за его здоровьем! Как такое получилось, и кто тогда, собственно, занимается непосредственно увеличением капитала, дабы сохранить баланс вышеприведенной формулы? Получилось очень просто: с государством работать намного выгоднее и прибыльнее, чем связываться с развитием бизнеса, учитывая конкуренцию со стороны азиатских тигров.

Говорят: капиталу и не надо много работников, так как рост «человеческого капитала» позволяет компенсировать количество «человеческого материала» его качеством. Однако теперь, на каждого работника, занимающегося непосредственно производством капитала на капитал, приходится двое других работников, следящих за тем, чтобы он не болел и образовывался. Говорят: ценность «человеческого капитала» многократно выросла и поэтому человеческий капитал вытесняет обычный материальный. Однако даже самый образованный и креативный специалист требует для себя хотя бы компьютер, не говоря уже об ином высокотехнологичном, под стать образованию, оборудовании, помещениях и т.п. Получается обратное: чем образованнее человеческий капитал, тем больше ему надо материальных средств для реализации собственного потенциала.

Подставьте это все в формулу β=s/g! Или напишите еще десять формул, которые бы регулировали все вышеперечисленное – и опять, подгоняя под эти вновь написанные формулы, вы создадите столько новых уникальных отношений в производстве и обмене, что на них уже понадобится не десять, а сто формул! Причем, действующих в строгой совокупности между собой.

Нет, господа, математика – это не то, что определяет экономику. Математика в экономике позволяет понять многие закономерности и дает возможность прогнозирования потенциального развития той или иной ситуации. Однако математика не отвечает на вопрос – что конкретно произойдет. На этот вопрос можно ответить только обратившись к иным наукам, отличающимся от математики принципиально: наукам гуманитарным, то есть тем, которые изучают человека и группы людей, их общее и различное. Человечество никогда бы не научилось летать, если бы относилось к законам физики так, как экономисты относятся к своим математическим формулам! Поэтому я и не считаю корректным решением для уточнения предсказаний Маркса искать подходящую для них математическую формулу, раз уж сам Маркс, не пренебрегавший математикой, когда считал это необходимым, в данном случае предпочел обойтись без уточнений.

Если же необходимо мое мнение по вопросу отношений капиталов и трудовых доходов, я скажу так: на мой взгляд, доля капитала по сравнению с трудовыми доходами, растет. Правда, процесс этот намного сложнее и глобальней, чем представляется, и отслеживать его надо не поднимаясь от отдельных стран к глобальному рынку как совокупности экономик этих отдельных стран, а спускаясь от глобального рынка как единого целого к отдельным странам, так как «мировое разделение труда» сегодня упразднило понимание мировой экономики как совокупности региональных рынков и создало новое экономическое качество, только начатое постигаться современной научной мыслью. Также необходимо очень серьезно оценивать новые стихии и тенденции, связанные с растущей долей государств в экономике. Так что практическое значение факта роста капитала в подаваемом сегодня виде – минимально. Спор о нем между «марксистами и «буржуазными экономистами» на самом деле устарел и не представляет прикладного интереса.

Что же все-таки имел виду Маркс? Если дело действительно не в том, что он формулу забыл написать, я полагаю, что имелось ввиду нечто менее глобальное, чем мировой капитал в целом. Проблема падения нормы прибыли возникает не тогда, когда рост мирового капитала встречается с мировым ростом производительности, она возникает на уровне единицы рыночных отношений – отдельного предприятия или холдинга, то есть той структуры, которая ограничивает конкретным наполнением отношения «Прибыль = Доходы – Расходы». Нельзя поставить знак равенства между капиталом в целом и совокупностью того, что принадлежит отдельным независимым хозяевам – этому препятствует Частная Собственность. В рамках отдельного субъекта рынка структурный рост, чтобы диверсифицировать капитал, не может возникнуть в силу его ограниченности. Предпринимателю надо принять решение: заканчиваем вкладываться в технологическое усложнение чайников, начинаем заниматься производством кофейных аппаратов. Однако, как только конкретный собственник капитала развитие чайников «замораживает» – конкуренты тут же вытесняют его из рынка чайников вообще, так как делают свое «последнее улучшение». Раз запустив капитал работать в определенном направлении, остановиться уже невозможно, только если полностью не уйти из одной сферы в другую. Но и тут проблема: действительно новых продуктов, рынок для которых свободен, очень мало, и капиталисту приходится вступать в уже существующие сферы, где конкурентная борьба идет уже давно, и из которой тоже, по-хорошему, стоит уже выходить. Скорее всего, он просто потеряет свой капитал, «потратив» его на убытки, что, очень похоже, и стало массово происходить накануне Великой Депрессии. Мобильность капиталов, связанных с промышленным производством – самая минимальная.

Тем не менее, на практике мы находим практическое воплощение осознания капиталистами необходимости диверсификации капитала, о которой в данном случае идет речь. Я имею в виду т.н. «бизнес-ангелов», особенно тяготеющих к таким «высокотехнологичным» сферам приложения капитала, как IT-технологии. Если я прав, владельцам капиталов в нынешних суровых для нормы прибыли условиях можно было бы рекомендовать обращать внимание не на поиск отдельного выгодного вложения, а на то, чтобы капитал был максимально диверсифицирован. То есть, ставить целью инвестиций максимальное количество сфер приложения. Впрочем, если пристально присмотреться к деятельности тех «бизнес-ангелов», которые уже существуют – думаю, повода для оптимизма здесь найдется очень мало. Их принцип – один удавшийся стартап компенсирует десяток-другой неудачных. Это совсем уже не то качество роста, к которому мы привыкли. Попробуйте так создать не компьютерную программу на смартфон в помощь домохозяйкам, а дальнемагистральный широкофюзеляжный самолет! Так что, все это просто еще один дополнительный повод уходить из сферы промышленного производства, в те сферы, где капитал имеет большую мобильность. В те же финансы, услуги, и то, что вне всякой конкуренции в этом ряду – в «бизнес» с государством.

***

Думаю, сказанного здесь – вполне достаточно. Доказывать «Маркс был прав» или «Маркс был неправ» в условиях, когда произнесена фраза «трудно точно понять, что именно он имел ввиду» - значит, заниматься идеологией, а не наукой. Идеологией в самом вульгарном ее смысле – трактовками авторитетов. Оставим Марксу Марксово, а мертвые пусть хоронят своих мертвецов. Нам надо думать о будущем, а не о прошлом.

Данный пост есть переработанная глава из книги "Экономика: куда мы пришли и куда идем дальше".
Subscribe
Buy for 80 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments