piligrim1964 (piligrim1964) wrote in ru_polit,
piligrim1964
piligrim1964
ru_polit

Categories:
  • Mood:

Анатомия вранья: от Чернобыля до Нёноксы

В худших советских традициях российские власти минимум трижды крупно солгали, реагируя на радиационный выброс в Архангельской области.
Восьмого августа сего года на сайте Северодвинской администрации появилось короткое сообщение о том, что в городе «радиационный фон нормальный». При этом в нем также указывалось, что «начальник отдела гражданской защиты администрации Северодвинска Валентин Магомедов сообщил, что расположенные на улице Карла Маркса, 48 и на улице Плюснина, 7 датчики автоматизированной системы контроля радиационной и метеорологической обстановки (АСКРО) зафиксировали кратковременное повышение радиационного фона». Однако с 11:50 до 12:30 началось его снижение. И «по состоянию на 14:00 показания датчиков не превышают 0,11 микрозиверта в час при максимально допустимых 0,6 микрозиверта в час». Речь шла о радиационной ситуации после ЧП на испытательном полигоне (поселок Сопка), что в Нёнокском административном округе Архангельской области.

Затем последовало сообщение Минобороны РФ, которое цитировали многие СМИ. В частности, указывалось, что «два человека погибли, еще четверо получили травмы различной степени тяжести в результате взрыва реактивного двигателя жидкостной ракеты на полигоне в Архангельской области». Ведомство сообщало: «В результате происшествия получили травмы различной степени тяжести шесть представителей Минобороны и предприятия-разработчика». При этом, как подчеркнули в министерстве, «никаких выбросов вредных веществ в атмосферу не было, радиационный фон в норме».

В тот же день губернатор Архангельской области Игорь Орлов заявил, что эвакуировать население в Северодвинске не потребуется.
Анатомия слухов: взрыв на полигоне связан с супероружием Путина?
В общем, здоровью людей ничего не угрожает. Помнится, так твердили власти и после аварии в Чернобыле. Поэтому недоверчивый местный народ повалил в аптеки — скупать йод. Известно, что при определенном виде ядерных аварий именно радиоактивный йод-131 верный их спутник. Чтобы уберечь щитовидку от его накопления и возможного последующего рака, следует потреблять йодные таблетки, но не настойки йода, которыми можно сжечь пищевод и желудок. (Именно йодную профилактику советская власть не разрешила провести медикам сразу после аварии в Чернобыле — за исключением Припяти, — чтобы не было паники.) Как сообщали уже на следующий день после инцидента в социальных сетях местные жители, никакого йода у них в аптеках больше не осталось. Увеличилась также продажа водки и красного вина — об этой легенде антирадиационных ста грамм недавно напомнило нам американское кино про советскую аварию на ЧАЭС.

Подозрения о том, что власть говорит не все, усилились на следующий день после взрыва: с сайта администрации Северодвинска тихо исчезло сообщение о кратковременном повышении радиации в городе. Кроме того, на сайте Минобороны также приключилась, видимо, какая-то метаморфоза с их пояснениями об инциденте, которые цитировали все СМИ. Отчаявшись найти это сообщение, я несколько раз звонила в Департамент информации министерства и пресс-секретарю по указанным на сайте номерам, но никто не отвечал. На мое письмо по электронной почте с просьбой дать ссылку на их первое сообщение ответа до сих пор не последовало.
Итак, ложь № 1 — «никаких выбросов вредных веществ не было, радиация в норме». Даже местная власть, публикуя успокоительную таблетку, не сказала людям, а какого же, собственно, уровня достиг радиационный фон в те полчаса «кратковременного повышения». Некоторые подробности сообщила северодвинская телекомпания СТВ со ссылкой на начальника отдела гражданской защиты населения города Валентина Магомедова: фон повышался до 2 микрозивертов в час, а значение 0,6 микрозиверта названо не «максимально допустимым», а «аварийным». Но об этом в официальном сообщении властей — ни слова. (Отмечу, что если на самом деле такой уровень был в течение получаса, — это не опасно.)

Однако, как стало известно из переписки местного населения в социальных сетях, работникам учреждений Северодвинска 8 августа (после взрыва) были разосланы рекомендации, в частности, закрыть окна, форточки, по возможности не покидать помещения. Такие рекомендации получили детсады, школы, больницы, чиновничьи конторы. Однако, например, пенсионеры и сфера услуг об этих пожеланиях узнавали от знакомых. Или не узнали вовсе. Замечу, в Северодвинске проживает около 200 тысяч человек. Специального сообщения штаба Гражданской обороны о повышенном уровне радиации и мерах предосторожности по радио и телевидению (чтобы для всех) не передавали. (В Москве на днях предполагался сильный дождь и ветер до 25 метров в секунду, так все федеральные каналы ТВ прервали вещание трижды, экстренно предупреждая об этом.)


Что пошло не так с обследованием АПЛ «Комсомолец»?
Полуправду о повышении радиации власть сказала только в Северодвинске. А что было с радиацией в закрытых (сюда можно доехать только по железной дороге) селе Нёнокса и поселке Сопка, примыкающих к полигону, где проживает около тысячи человек? Если в Северодвинске, что в сорока километрах от полигона, уровни в течение 30 минут составляли два микрозиверта в час (если верить власти), то каковы же они были в этих местах? Не говоря уже о том, что наверняка в эпицентре взрыва они оказались и вовсе неслабые, судя по госпитализации значительного числа участников испытаний в специализированные медучреждения. Но про это — молчок.

Об уровне радиации косвенно говорят и другие факты. Как сообщило ИА «Би-порт», рост гамма-фона после инцидента в Архангельской области был зафиксирован даже в селах Мурманской области Умба, Кашкаранцы и Пялица, что на берегу Белого моря. В них отмечен рост на 3-5 мкР/ч, — следует из данных сети мониторинга радиационной обстановки. При этом уровень радиации остается в пределах ее естественного фона. А ведь эти мурманские села находятся на Кольском полуострове — на противоположном берегу моря. Например, до Пялицы от Северодвинска по прямой 181 километр. Какой же силы должен был быть «взрыв жидкостной установки», чтобы поколебать стрелки дозиметра почти в 200 километрах?

Ложь № 2 — «погибли два человека, шестеро пострадали. Это представители министерства и предприятия-разработчика». Однако местные СМИ уже 8 августа с. г. писали, что в общей сложности пострадали около 15 человек, некоторые из них находятся в очень тяжелом состоянии. Часть раненых с различными травмами и ожогами доставили в северодвинскую городскую больницу, остальных — в Архангельскую областную. Как сообщало издание Baza, в Москву двумя самолетами санавиации были доставлены шесть человек — они находятся в Федеральном медицинском биофизическом центре имени Бурназяна. Журналисты Baza, ссылаясь на свои источники, пишут, что «у пострадавших два диагноза — первый очевидный: тяжелые взрывные травмы. (…) И второй — радиационное облучение». Они приводят список из шести человек, якобы получивших серьезные дозы радиации. Замечу, что центр имени Бурназяна специализируется, в том числе, и на лечении радиационных поражений. Это тоже к вопросу об уровне радиации на момент взрыва.

А буквально накануне похорон атомщики тоже вынуждены были выдавить из себя, что «при испытании жидкостной реактивной двигательной установки погибли пять сотрудников госкорпорации „Росатом“. Еще трое наших коллег получили травмы и ожоги различной степени тяжести». Только смерть специалистов, выходит, заставила сказать эту правду. (Или ее часть.)

Ложь № 3 — «на полигоне при испытании жидкостной реактивной двигательной установки произошел взрыв и возгорание изделия». Это рассчитано, видимо, на простой народ, не разбирающийся в тонкостях физики вранья. Кто в теме, тому сразу было ясно: если взрыв случился при испытании жидкостной двигательной установки, то откуда там появилась радиация? И вот уже под давлением интересующейся общественности, вопросов от экологов, специалистов и журналистов атомщики снова по капле выдавливают из себя «раба»: «Трагедия произошла в период работ, связанных с инженерно-техническим сопровождением изотопных источников питания на жидкостной двигательной установке». Так все-таки речь об изотопах. Судя по тому, что были даны негласные (адресные) рекомендации закрывать окна и не выходить на улицу, улетевшее в атмосферу вещество (или вещества) может быть вовсе не безобидным. (Впрочем, учитывая мультики с чудо-ракетами, показанные президентом некоторое время назад, вполне может оказаться, что это и есть военная тайна.) К тому же, как заявил журналистам заместитель капитана морского порта Архангельска Сергей Козуб, после взрыва военные закрыли район Двинского залива Белого моря для судоходства. По его словам, запрет на плавание введен с 9 августа по 10 сентября с. г. А по сообщениям западной печати, американские спутники обнаружили в «пораженной» акватории танкер «Серебрянка», предназначенный для сбора радиоактивных отходов.

А вот и свежее сообщение. Как утверждает ИА «Северные новости», в Архангельской областной клинической больнице, где лежали жертвы взрыва из Нёноксы, все помещения, связанные с их приемом и оказанием помощи, опечатали. Медицинский персонал, работавший с пациентами, уже вызывали в местное ФСБ, и медики подписали бумаги о неразглашении. При приеме пострадавших врачей не предупредили о том, что нужна спецодежда. То есть что они (пациенты) могут «фонить». После операции, сообщают «Северные новости», фартук хирурга при проверке на радиоактивность «пищал». (Конечно, «пищал» не сам фартук, а измерительный прибор.) Всех врачей, контактировавших с пострадавшими, отправили в Москву — на обследование.

Недавно кто-то переслал мне короткий анекдот: «Привет, грабли! Да, снова я…» Как точно по теме.

Алла Ярошинская
http://www.rosbalt.ru/blogs/2019/08/13/1797006.html
Tags: Общество, Россия
Subscribe
Buy for 80 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 38 comments