Александр Майсурян (maysuryan) wrote in ru_polit,
Александр Майсурян
maysuryan
ru_polit

Культ жертв вместо культа героев


Памятник жертвам фашизма (слева) и памятник героям революции

Многое, очень многое мы потеряли за последнюю четверть века, прошедшую с разгрома социализма и СССР. Многое такое, что в те времена никто не воспринимал как "часть советской идеологии". Тогда это казалось просто... общим достижением человечества, если угодно. Естественным фоном жизни. Например, уважение к труду и трудящемуся, создающему окружающий нас материальный мир. Культ знания (и книги, как его часть). Веру в науку и исторический прогресс человечества. Что пришло вместо этого?
Культ денежного мешка (а знания и труд ценны лишь постольку, поскольку позволяют добывать Самую Главную Ценность, т. е. деньги). Самые дикие суеверия и предрассудки, мракобесие и любовь к средневековью (фэнтези, астрология, почитание феодальных титулов, вера в чудеса и мистику). И вот ещё один элемент этого общего паззла: культ жертвы. В СССР существовал культ исторических героев, то есть людей, которые деятельно и сознательно изменяют мир. Сейчас в бывшем СССР этот культ подменяется культом жертвы, пассивного страдальца. Между прочим, мне это стало ясно, когда один из антикоммунистических троллей, пасущихся в моём блоге (вот неожиданная польза от троллей!) спросил, почему, если белые в такой-то области расстреляли столько-то тысяч человек, то нет памятника этим жертвам с точным указанием их числа. И действительно — почему нет? Да потому что красным в голову не пришло, что надо ставить памятник НЕВИННО расстрелянным. Потому что психология тогда была другая. Тогда ставили памятники "борцам за революцию", "борцам против интервенции", "героям-борцам против фашизма" и т.д. А если бы предложили поставить памятник расстрелянным ни за что — теми же белыми, то, вполне возможно, в ответ пожали бы плечами и неделикатно спросили: если их расстреляли НИ ЗА ЧТО, то за ЧТО же памятник? Конечно, такие памятники тоже порой ставили (больше к концу СССР), но они были в меньшинстве и находились, в общем, на периферии общественного сознания.
Вот характерный эпизод. Журнал "Новый мир" при Твардовском как-то опубликовал воспоминания бывшего крестьянина А. С. Бартова «Побег из колчаковской тюрьмы» («Новый мир», 1967, № 10). Сам Твардовский оценивал его так: «Бесхитростен, но необычен и трогателен рассказ Бартова о том, как бросившись за борт баржи-тюрьмы, куда попал как советский активист и работник земотдела волисполкома, он под пулями доплывает до берега, нагишом скрывается в прибрежных зарослях и, заедаемый таежной мошкой, сплетает себе из травы подобие одежды». Из 1200 заключённых баржи 45-дневное путешествие по реке выдержали только 170, остальные умерли на барже или были расстреляны и брошены в реку (это, к слову, о "мягкости" белогвардейских мест заключения). По современным меркам, вполне себе героическая история. А по тем временам, она выглядела как "история жертвы", поэтому Твардовскому посоветовали не ставить её в юбилейный ноябрьский номер к 50-летию революции... И хотя она была опубликована в журнале, но месяцем ранее.
Ну, а в постсоветское время культ жертв — не творцов истории, а её беспомощных страдальцев — по телам которых катятся колёса истории, достиг буквально циклопических масштабов. Что такое культ голодомора, как не именно такой "культ жертвы"? Что такое внедрённый уже в школьные учебники "культ Архипелага Гулаг", как не такой "культ жертвы"? Но разве в предыдущие века и тысячелетия людей, попавших под колёса истории, было меньше? Энгельс называл историю "самой жестокой из всех богинь, влекущей свою триумфальную колесницу через горы трупов не только во время войны, но и в периоды «мирного» экономического развития". Однако не на жертв нас приучали равняться, не у них учиться, а у тех, кто в самых суровых обстоятельствах умел противостоять судьбе.
Но буржуазному обществу, которое, как плесень, выросло на обломках социализма, герои-борцы абсолютно ни к чему. Вдруг они, чего доброго, увидят в нём зло и вздумают с ним бороться? А вот пассивно страдающие, плаксивые, беспомощные, вечно ноющие и жалующиеся жертвы — это практически идеал. Отсюда и идея замены Дня Победы (= дня героев) на день памяти и скорби (= день жертвы). Отсюда и все эти голодоморы, архипелаги Гулаг, которые превращаются практически в "национальную идею". Отсюда и это недоумение тролля: как же так могло быть, что белые уморили или расстреляли сколько-то тысяч невиновных, а этим невиновным не воздвигли памятники... А вместо этого поставили памятник 40 революционерам, расстрелянным "за дело"...


Гелий Коржев. Поднимающий знамя. 1957

Нам нужен сейчас не "культ жертвы", пусть и революционной, а новый культ героев, т. е. простых людей, творящих историю

UPD. Как мне заметили в комментариях, на памятнике жертвам революции, который установили в Петрограде на Марсовом поле, выгравировали стихи Анатолия Луначарского, который выражает отношение красных к проблеме "героев и жертв":
"Не жертвы — герои
Лежат под этой могилой
Не горе, а зависть
Рождает судьба ваша
В сердцах
Всех благодарных
Потомков
В красные страшные дни
Славно вы жили
И умирали прекрасно."


Tags: История, Коммунизм, Россия, СССР
Subscribe
promo ru_polit июль 5, 2017 22:33 84
Buy for 80 tokens
В сообществе публикуются посты, содержащие уникальный контент общественно-политической тематики. 1. Кат. До ката допускается размещать не более 15 строк текста и не более одного фото или одного видео. Размещение шокирующего контента допускается только под спойлером и с обязательным…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 16 comments