Александр Майсурян (maysuryan) wrote in ru_polit,
Александр Майсурян
maysuryan
ru_polit

50 лет назад. Как это было: страна без религии


Выступление товарища Энвера Ходжа на Московском совещании представителей
81 коммунистической и рабочей партии 16 ноября 1960 года. Картина художника Гури Мади (Guri Madhi), 1974 г. Занятно показаны "испуг и смятение", охватившие советских руководителей от речи Ходжи — ошеломлённый Брежнев сжал кулак, а Хрущёв откинулся назад и рвёт с себя галстук, как будто задыхается


Не далее, как сегодня прочитал на сайте "Сен-Жюст", который публикует материалы Александра Тарасова (старый, ещё советских времён, "левый диссидент") такое любопытное мнение (видимо, косвенно связанное с последними событиями вокруг "Христианского государства"):
"Большевики совершили серьёзную ошибку, выбрав в качестве политики по отношению к религии и церкви буржуазно-демократическую, либерально-просвещенческую линию. До тех пор, пока существуют глупость, старческое слабоумие, интеллектуальная трусость (в форме, например, страха перед смертью), интеллектуальная лень (нежелание каждый день сознательно противостоять несовершенству окружающего мира) и мещанская ограниченность, религия будет востребована. Но поскольку все перечисленные выше персонажи — дураки, мещане и т.п. — не способны сами изобрести развёрнутые религиозные системы, они будут нуждаться в уже готовых — и, для самоуспокоения — институционализированных. Не надо делать им таких подарков. Надеемся, революционеры будущего сделают выводы из опыта нашей страны."
Вообще, опыт, когда красные в пределах одной страны попытались полностью ликвидировать если не религию, то церковь, был. Это случилось как раз 50 лет тому назад, в 1967 году, в Народной Республике Албания. Эта страна, поссорившаяся в то время с Москвой (не поддержавшая хрущёвскую критику Сталина) и остававшаяся в дружбе с Пекином. В 1983-1984 годах я, бывший тогда школьником, любил слушать передачи "Радио Тираны" на русском языке. Голоса дикторов были с небольшим акцентом, но, в общем, ясные, чёткие и понятные, они чеканили свой текст, и их было приятно слушать. Радио не глушили. В каждой передаче непременно звучали резкие обличения "хрущёвской ревизионистской клики" (хотя Никита Сергеевич к тому времени уже два десятка лет был не у власти, но Брежнева, Черненко, Андропова в эту "клику" тоже включали). А завершалась получасовая программа исполнением "Интернационала". Это производило особенное впечатление... И ещё немалое впечатление на меня произвёл эпизод, о котором я услышал тогда по "Голосу Америки" — что в 1967 году руководитель Албании Энвер Ходжа "распорядился публично сбрить бороды последним священникам в стране, и с этого момента религия в Албании считалась ликвидированной".


Энвер Ходжа (1908-1985) в своём кабинете

А "История Албанской Партии Труда", изданная в Тиране в 1971 году, об истории религии и церкви после революции писала так:
"Одновременно с провозглашением Народной Республики Конституция провозгласила отделение церкви
от государства и школы от церкви, запретила использование церкви и религии в политических целях, а также создание политических организаций на религиозной основе. Законом была экспроприирована большая часть земель и другого имущества, принадлежавших религиозным учреждениям. Было запрещено издание религиозной литературы, ограничена, а позднее вовсе исключена возможность подготовки религиозных кадров. Тем не менее партия и правительство не преследовали вероисповедание, существование религиозных общин, выполнение религиозных обрядов и церемоний. Они не могли запретить те связанные с религией обычаи, которые, в сущности, хотя и были реакционными, не представляли собой непосредственного нарушения государственных законов."
То есть после своей победы албанские коммунисты вначале в борьбе с религией и церковью шли по стопам советских большевиков. (Тут надо заметить, что в Албании в 30-е годы насчитывалось около 69% мусульман, около 21% православных христиан и 10% католиков). Но к 1967 году решено было перейти к новому этапу борьбы с религией.
"В городах и деревнях народные массы поднялись на ноги, требуя, чтобы были закрыты церкви, мечети, часовни и все "святые места"; чтобы духовенство перестало вести паразитическую жизнь и начало трудиться и жить, как все трудящиеся, своим трудом. На народных собраниях и сходках, организованных Демократическим фронтом и Союзом молодежи, на которых велись горячие дискуссии, народ осуждал антинациональную и антинародную роль религии, реакционного духовенства и религиозных обычаев, принимал решения о ликвидации очагов религии и превращении их в очаги культуры и т. д., об отказе от религиозных обрядов и отживших обычаев, об очистке домов от икон, религиозной литературы и других символов религии. Эта народная инициатива нашла мощную поддержку со стороны партийных организаций и органов народной власти.
С ликвидацией очагов религии были устранены важнейшие базы, отравлявшие сознание людей и в то
же время служившие притонами для враждебной деятельности. Поддерживая всенародное движение против религии, религиозных предрассудков и отживших обычаев, партия внимательно руководила им. Она не допускала извращений и своевременно пресекала всякие опрометчивые действия, не опиравшиеся на волю массы населения. Она учила народ заменять религиозные праздники и другие, связанные с религией обычаи новыми праздниками и обычаями социалистического содержания. [...] Закрытие церквей и мечетей еще не означало ликвидацию религии как мировоззрения.
Религия имеет очень глубокие корни. Она переплетена, связана тысячами нитей с отжившими обычаями, корни которых уходят в глубину веков и которые бытуют и действуют в течение довольно долгого периода времени. Религиозные обычаи и каноны наподобие канонов Лека Дукагина — этого свода средневековых обычаев и предписаний — неумолимо управляли албанским обществом. Их влияние и жестокость ощущались до последнего времени. Религиозная практика и отсталые обычаи вошли и в жизнь тех людей, которые не верят в бога и соблюдают их бессознательно, не понимая их содержания. [...] "Мы должны быть реалистами, — учил товарищ Энвер Ходжа, — борьба с отжившими
обычаями, традициями и нормами, с религиозным мировоззрением... ещё не окончена."


Энвер Ходжа беседует с простыми албанцами

Действительно, не окончена — поскольку после крушения социализма в Европе, включая и Албанию, духовенство восстановило многие свои позиции в этой стране.
Из интервью албанского священника Григория Пелуши сайту "Православие.ру":
"В то время в Албании был священник, который тайно крестил мужественных людей и их семьи, как потом оказалось – более тысячи человек. Всё проходило при соблюдении строжайшей конспирации, действительно, в катакомбах. Там служили Литургию. Но потом «сигури», тогдашняя служба безопасности, его вычислила, он сидел в тюрьме. Но это случилось уже на самом закате коммунизма, и его выпустили с приходом новой власти. Священник стал потом епископом – это епископ Косма Апполонийский".
А возвращаясь к цитате с "Сен-Жюста", с которой начался данный пост, замечу, что мысль эта — что политика большевиков по отношению к церкви была слишком мягка и либеральна, отнюдь не нова. Такой упрёк им делали анархисты и другие левые ещё в 1918 году. "Борьба с религиозной язвой... большевиками не ведется почти совершенно", — сожалела московская газета "Анархист" в сентябре 1918 года. Газета требовала немедленно закрыть все храмы, ставя большевикам в пример французских якобинцев: "В целях разоблачения религиозного шарлатанства французские рабочие вытаскивали на площадь мощи и разоблачали их перед народом, сжигали их. Вот какое завещание оставили нам французские революционеры 1793 года...".
Такие дела.

Источник:
http://saint-juste.narod.ru/news.htm
Tags: История, Коммунизм, Религия
Subscribe
Buy for 80 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments