Александр Майсурян (maysuryan) wrote in ru_polit,
Александр Майсурян
maysuryan
ru_polit

Церковник о революционере


Мао Цзедун и Далай-лама XIV

Из интервью с Далай-ламой XIV:
— Однажды Мао Цзэдун Вам сказал, что «религия — это яд: она уменьшает население и тормозит прогресс». Вы говорили, что Вас охватил сильный страх. Согласны ли Вы, что религия мешает прогрессу?
— До этой встречи я уже несколько раз встречался с председателем Мао. И на одной такой встрече он восхвалял Будду, называя его своего рода революционером. В те времена в Индии царила социальная несправедливость из-за существовавшей тогда кастовой системы. Будда изменил этот уклад, и потому Мао Цзэдун считал его революционером и восхвалял. В другой раз он возносил восхваления Богине Таре.
А в ту ночь… в тот вечер… состоялась моя последняя встреча с председателем Мао. Он сказал мне: «У вас научный склад ума. Мне это по душе», а затем добавил: «Религия — это яд». Я немного удивился и в то же время испытал страх. Я подумал тогда: «О! Да передо мной разрушитель Дхармы, религии!». Вот что почувствовал.

В общей сложности, у меня была по крайней мере дюжина встреч с Мао, большинство их них произошло на многолюдных собраниях, но несколько встреч мы провели наедине, не считая [переводчика] Пунцог Вангьела. При любых обстоятельствах, на банкете или на конференции, он всегда заставлял меня сидеть с ним рядом и однажды даже накладывал мне еду. Но это было несколько неприятно для меня, потому что я слышал, будто он страдает туберкулезом.

Мао произвёл на меня впечатление яркой личности. Внешность его была необычной: цвет лица очень смуглый, но в то же время кожа казалась отполированной, как будто бы он употреблял какое-то притирание; у него были очень красивые руки с совершенной формы изящными пальцами, которые имели тот же удивительный блеск.


Слева направо: Панчен-лама X (1938—1989), Мао Цзедун (1893—1976), Далай-лама XIV (р.1935). Раскрашенная фотография (фрагмент, полный вариант см ниже)

Я заметил, что дышал он с трудом и сильно пыхтел. Это, по-видимому, оказывало влияние на его речь, которая всегда была очень медленной и точной. Он любил употреблять короткие предложения, может быть, по той же причине. Его движения и манеры были также замедленные. Когда он поворачивал свою голову слева направо, это занимало несколько секунд, что придавало ему достойный и уверенный вид.


Слева направо: Панчен-лама X, Мао Цзедун, Далай-лама XIV. Раскрашенная фотография

С безупречностью его манер контрастировала одежда, выглядевшая очень поношенной. У его рубашек всегда были обтрёпанные манжеты, а кители, которые он носил, казались довольно потёртыми. Эти кители были совершенно одинаковыми с теми, которые носили все, за исключением слегка отличающегося оттенка того же самого грязноватого светло-коричневого цвета. Единственной частью одеяния, которая всегда была в порядке, являлись его ботинки, всегда хорошо начищенные. Но он не нуждался в роскошной одежде. Несмотря на небрежность в одежде, его облик производил впечатление силы и прямоты. Одно его присутствие внушало уважение. Ещё я тоже чувствовал, что он был предельно искренен, а также очень решителен.

Он заявил, что религия «сокращает население». Это справедливо. Если у нас слишком много монахов и монахинь, то это неблагоприятно сказывается на численности населения. Возьмём Тибет, в Ⅹ—ⅩⅠ столетии, во времена главного ученика Атиши, Дромтонпы (я читал об этом в одной из книг по истории Тибета) была проведена перепись населения. В те годы численность тибетцев составляла 10 миллионов. А в последующие девять столетий численность тибетцев сократилась и в конечном итоге составила 6 миллионов человек. Конечно, проблемы с гигиеной и вспышки чёрной оспы также повлияли на численность населения, но одним из главных факторов было крайне высокое число людей, соблюдавших обет безбрачия. Несомненно.

С другой стороны, если эти тысячи и тысячи монахов и монахинь в полной мере соблюдают обеты, то это прекрасно. Но подчас этого не происходит. На мой взгляд, для шестидесяти процентов монашество — это просто способ зарабатывать себе на жизнь. Они не проявляют истинного интереса к Дхарме, не учатся, не практикуют. Так что в этом смысле я склонен согласиться с комментарием председателя Мао.

Далее, что касается развития или прогресса. Он имел в виду прогресс в материальной сфере. Опять же, посмотрите на Тибет: всю свою энергию, все свои умственные способности мы направляли в область духовной жизни. А тем временем некоторые монастыри и институты лам-перерожденцев действительно становились «эксплуататорами» простого народа. Но, разумеется, дело обстояло отнюдь не так плохо, как это преподносят китайцы (уж это я могу сказать со всей определённостью!), но достаточно неблагоприятно. Поэтому я склонен согласиться с этими двумя обвинениями председателя Мао. Они не лишены истинности.

Но если говорить о сделанном им заключении, что «религия — это яд», то оно лишено научной основы. Он сказал так по причине собственного неведения.


Справа от Мао Цзэдуна — Далай-лама, слева — Панчен-лама, Чжан Лань и Сун Цинлин.
Tags: История, Китай, Коммунизм, Религия
Subscribe
Buy for 80 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment