Россия-Сегодня (sssr_cccr) wrote in ru_polit,
Россия-Сегодня
sssr_cccr
ru_polit

ИСТОРИЯ СССР. ЧАСТЬ 5.

Дневник электрофикатора. 1931 - 1934 годов.



Перебирая архив Никопольской дистанции электроснабжения Приднепровской железной дороги, я наткнулся на старую пожелтевшую общую тетрадь. Когда я начал знакомится с её содержанием, то понял, что это дневник одного из злектрофикаторов, которые в 1932 - 1935годах производили электрификацию участка Кривой Рог Запорожье. Краткая историческая справка. В соответствии с планом ГОЭРЛО и решением июньского Пленума ЦК ВКП (б) началась в стране электрификация магистральных линий железных дорог:
1. Участка Хашури-Эестафоне (Сурамский перевал) Закавказской Железной Дороги, протяженностью 68 километров.
2. Участка Кизел-Чусовая Пермской железной дороги, протяженностью 112 километров.
3. Участка Запорожье-Кривой Рог Екатерининской (Приднепровской) железной дороги, протяженностью 202 километра.
Первая запись москвича Николая Леднева, так звали электрофикатора, была сделана 18 марта 1931 года.

24 октября 1932 года.

Стоит пасмурная погода, хотя ещё тепло +6 градусов сегодня. И до этих пор еще не было заморозка, так что мы на Тарасовке собираем огурцы. По учебе мы движемся вперед. Сегодня передали важное правительственное сообщение - запущен в действие Днепрогэс, самая мощная в Европе гидроэлектростанция. Приятно сознавать, что там есть и частица моего труда, пусть и маленькая, но она присутствует. Это событие открывают новые возможности для развития промышленности в этом регионе. К сожалению, я не попал на эту стройку, но я надеюсь, что еще будет много строек, на которые я смогу поехать. Теперь же мне надо учиться и учится.

31 октября 1932 года.

Последние дни у нас теплая, хотя и пасмурная погода + 12 градусов. В Москве идет полная перестройка улиц и площадей, строятся новые гостиницы, которые будут не хуже, чем в Европе.
Сегодня у меня получилась небольшая размолвка с Ирой. Она спросила, какие у меня планы на будущее. Я ей ответил, что главное пока учится, потом набираться опыта и попытаться достичь каких-то вершин, хотя бы, например, стать директором хотя бы небольшого, как наше предприятие. А как же быть с семьей, - поинтересовалась она. Я сказал, что мне пока об этом рано думать, ибо семья будет мне мешать достичь запланированных высот. Ира на такие мои слова обиделась, и я её попытался успокоить, говорил, что я люблю ее, и мы обязательно поженимся, лишь только я сумею стать на ноги. Не знаю, насколько мой ответ удовлетворил её, но больше мы к этому вопросу не возвращались. Хотя от неё снова повеяло холодком. Но что я могу сделать, я ж не могу её обманывать и говорить не то, что думаю. А если следовать её взглядам на жизнь, то я должен бросить сейчас учёбу и создавать семью. Нет! я к этому не готов. Она ж первая меня разлюбит, если я не добьюсь в жизни никаких результатов.

5 декабря 1932 года.

В начале декабря стоит пасмурная погода. Температура -2, +2 градуса. Сегодня идет дождь, который превращает асфальт в сплошной лёд. Сегодня ходили с Ирой на фильм «Встречный». Это второй звуковой фильм в Советском Союзе. Очень хороший фильм, особенно, понравился мне там Петр Алейников и Николай Черкасов в роли постового милиционера. Ире понравилась песня о встречном. Всё время после фильма она напевала мелодию этой песни. Вообще-то последнее время она стала малоразговорчива, как бы ушла в себя. Тем не менее, на занятиях мы всегда вместе, что даёт право нашим однокурсникам звать нас «молодоженами».

10 декабря 1932 года.

Меня вызывали в бюро комсомола, но меня принял не секретарь комсомольской организации, а незнакомый мне человек, который принял меня в отдельном кабинете. Сначала он говорил мне о том, что они всё знают обо мне и потому могут положиться, как на человека, который предан идеалам революции. Затем он перешел к основному, то есть стал меня расспрашивать о том, какая обстановка царит в цехе, о чем говорят между собой люди, есть ли подстрекатели у них в бригаде, которые агитируют против Советской власти. Я ему отвечал по мере возможности правдоподобно, но что бы ни подставлять моих знакомых, ибо мы много чего говорим даже неприятного для нынешнего правительство, так как причин для этого больше чем достаточно. Только откровенной агитации против Советской власти не замечал я, ибо мы по-прежнему верим, что мы строим лучшую в мире страну без поработителей и капиталистов. На этом наша встреча закончилась. Он в конце сказал, что бы я никому не рассказывал о нашей встрече и на будущее записывал бы все, что люди говорят между собой. Со сложными чувствами я выходил из этого дома. Строим новое общество, а методы вводим царской охранки.

3 января 1933 года.

Пасмурная погода в Новый год очень непривычен для Москвы. Положение в стране почти военное. Введена паспортная система, за воровство нескольких килограмм могут даже расстрелять, за прогул увольняют с работы, а это практически смерть, ибо лишаешься карточки, а в магазине ничего практически нет. В ВУЗах обязательная военная подготовка, цены растут вверх, а зарплата не увеличивается, а наоборот падает. Если положение не улучшится в ближайшее время, то следует ожидать какого-то взрыва, бунта против власти.

14 января 1933 года.

Я впервые был в ресторане. Дело в том, что наше предприятие успешно закончило задание первой пятилетки, и руководство цеха приняло решение отметить этот успех в ресторана. Были руководители цеха и несколько передовых рабочих. Было хорошо. Удивительно, на улице почти, что голод, а в ресторане изобилие и полным-полно народа. Целый вечер играл оркестр, пела одна красивая певица. Давненько мне привлекали огни ресторана, но средства не позволяли. Живут же люди, которые могут позволить себе посещать такие заведения. Было немало военных, особенно, летчиков. Видно, правду говорят, что у них хорошие зарплаты.

23 января 1933 года.

Ходили на лыжах с Ирой в Сокольники. Снега еще немного, но снег хороший, и идти было хорошо. Часа три мы с ней походили. Снова говорили о нашем будущем. Ира не поддерживает меня и мне обидно, что она не понимает меня, что я ж для неё стараюсь. Тем более, разве можно заводить семью в нынешнее время. А вдруг ещё дети пойдут, тогда прощай все мечты. Расстались мы холодно. Мне тяжело, так как я люблю по-настоящему, и она для меня самый лучший человек, и всё для неё готов сделать и сделаю. Но она вот не понимает.

17 февраля 1933 года.

Был в милиции, пришла повестка. Я даже не мог предположить по какому поводу я должен придти туда. Оказалось, там открыли дело на руководство цеха за растрату государственных денег, которые оно потратило на ресторан. А поскольку и я там был, то и мне выдвинули обвинение в причастности. Я оправдывался тем, что не знал, на какие деньги мы гуляли в ресторане. Но мне никто не верил. Меня обвиняли почти, что в измене родины, соответственно, и наказание от нескольких лет до расстрела. Пока что меня отпустили, пока идет следствие. Я вышел оттуда ошарашенный. Не знал что делать, что предпринять, к кому обратится за помощью.

21 февраля 1933 года.

Я никому не говорил о вызове в милицию, но видно, очень изменился за последнее время, потому что мама спрашивает все, что со мной случилось, не заболел ли, что даже от пищи отказываюсь. На работе тоже кошмар - никто со мной не разговаривает, если я обращаюсь к ним с вопросом, то они не отвечают, а отворачиваются. Мы, вдруг, стали все чужие. Как могло так стать? Неужели они меня не знают? Почему же они в таком случае выбрали меня в редколлегию газеты? Даже Ира сказала, что бы я не приходил к ней. Я её попросил объяснить - почему, но она ничего не ответила. Я один, совсем один и что меня ждет? И что мне делать?
Вызвали на бюро комсомола и исключили из членов ВЛКСМ. Сказали, что я не достоин этого высокого звания. Соответственно, меня же выгнали с рабфака. Закончилась моя работа, прощай мои мечты.

8 марта 1933 года.

Сегодня, впервые за зиму появилось солнышко. Порадовалось за меня, ибо неожиданно, помощь мне пришла совсем не оттуда, откуда не мог ожидать. Дело в том, что приехал тот человек с Днепрогэса, теперь, правда, работает снабженцем в другой организации. Мы с ним разговорились, я ему рассказал о своей проблеме, и он сказал мне:

«Слушай, тебе надо уехать пока из столицы».

- Куда?- спросил я.

- Поехали со мной. У нас там сейчас новая стройка начинается. Электрификация железной дороги на участке Запорожье - Кривой Рог.

- Но у меня же нет ни образования, ни направления, ни билета.

- За это всё не беспокойся. Я всё сделаю. Надо только твое согласие. Поехали, нам очень нужны специалисты.

Я дал согласие. Завтра он должен принести билет на поезд и командировку от предприятия.

9 марта 1933 года.

Он выполнил всё что говорил, и вручил мне билет до Запорожья на 11 марта. Уезжаю. Маме сказал, она сразу расстроилась, но когда я ей рассказал причину моего поступка, и что меня будет ждать здесь, то стала собирать меня в дорогу. Я тоже собираюсь. Немного страшновато ехать совсем в другие края, но оставаться здесь, и ждать, как решат твою судьбу еще хуже. Жалко расставаться со своими друзьями, хотя многие из них, когда узнали, что меня вызывали в милицию, прекратили общаться со мной. Иру тоже я не видел. Прихожу к ней домой, а мне говорят, что её нет дома, ходил на рабфак, но её тоже там не видел. Прощай, моя холодная Москва. Здравствуй Украина.

18 марта 1933 год.

Сегодня мой день рождения. Но встречаю его совсем в других условиях и в другом месте. Впрочем, всё по порядку.

11 марта 1933 год.

Вместе с Михаилом Ивановичем Шевчуком, так зовут снабженца из Запорожья, мы выехали с Курского вокзала и поезд нас помчал на юг Украины. Сначала за окном бежали сосновые леса покрытые снегами, среди которых попадались березовые рощи, дубы и другие лиственные деревья. Затем снега стало меньше, и деревья попадались все реже, а виднелись поля аж до горизонта. Нам подали чай и мы пили его с сушкой, которую положила мне мама, а Михаил Иванович вытащил кольцо домашней колбасы, соленые огурцы, буханку хлеба и пригласил к столу. Мы хорошо поели и легли спать, так как на улице уже была ночь, и нельзя ничего было рассмотреть за окном. Но спать не хотелось, а Михаил Иванович был хорошим рассказчиком, который пытался мне рассказать о той земле, куда мы едем. Он был родом оттуда и работал на местном заводе по изготовлению сельхозинвентаря.

- А травму руки вы получили на заводе? - поинтересовался я, ибо у него не было двух пальцев на левой руке.

- Нет. Это я получил ранение, когда мы с армией батька Махно брали Мелитополь.

- Это ты был махновцем и воевал с Советской властью?

- Почему это я воевал против Советской власти?

- Но ведь батька Махно был нашим врагом?

- В апреле 1919 года народная армия батька Махно воевала в составе Красной армии.

- Я такого и не знал.

- Для тебя тут будет много нового. Можно сказать, что половина населения у нас воевала в составе армии Махно, ибо батька у нас выступал за простых крестьян, и имел большую поддержку среди населения. Просто потом у батьки получились разногласия с властью, и он стал врагом Советской власти. Многие поплатились жизнью за ту ошибку, а многих амнистировали. Я же после ранения был списан из армии и пошел трудиться на завод. Так что будь готов ко всему.
Ночью мы проехали Харьков, а утром за окном побежали уже зеленые поля-поля, на которых лишь большими белыми пятнами лежал снег. Было интересно смотреть на белые хаты под соломой, на людей, бедно одетых, которые провожали наш поезд грустными взглядами. Чем дальше на юг, тем больше земля оживала, радовала яркой зеленью, и теплым солнцем.
По приезду в Запорожье мы пошли к нему домой, так как было уже поздно. Он жил в квартире с супругой Валентиной и маленьким шустрым мальчиком, которого звали Вова. Он бросился радостно на груди отца, который подарил ему игрушку, купленную в нашем универмаге. Жена нас покормила, и мы легли спать, а утром мы пошли в монтажно-строительный участок отдела электрификации, где меня предоставили начальнику участка, худощавому высокому мужчине с добрыми глазами. Он был рад моему приезду, ибо специалисты им очень нужны, чем немного смутил меня, ибо я очень смутно представлял круг своих обязанностей, и мои познания в области электричества ограничивались учебником физики, рабфак ненамного расширил мои познания. Тем не менее, меня приняли электромонтером и поселили в общежитие.
Со мной жили еще три человека, которые тоже работали электромонтерами. Один был из Днепропетровска, бывший город Екатеринослав, его прислали после окончания института Сергей Биденко. Другой был местный, ранее он работал электриком в паровозном депо, Никита Сенченко, очень хороший и общительный парень. Он меня знакомил с городом и новыми людьми. А третий был очень замечательный специалист с Кавказа, он единственный из нас имел практику строительства электрифицированных участков железных дорог, ибо брал участие в строительстве участка Хешури - Эестафони Закавказской железной дороги. У него была литература по оборудовании электроподстанций, которую я стал тщательно изучать, а Яков Буркинов, так звали его, помогал мне в освоении материала. Но поскольку ещё никакого оборудования не было, то мы участвовали в строительстве здания тяговой подстанции на станции Запорожье. Работали подсобниками.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…

Владимир Шарик.
Subscribe
Buy for 80 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments