serjio_pereira (serjio_pereira) wrote in ru_polit,
serjio_pereira
serjio_pereira
ru_polit

Расеяне, вся ваша история т.н. "ВОВ" - это беллетристика и ложь

Вся ваша история т.н. "ВОВ" - это беллетристика. Она выдумана от начала и до конца. Исторические факты подменены у вас мемуарами генералов и маршалов, написанными под диктовку ГлавПУРа. (Знаете, что это такое?) Вы верите мифам, потому что правда о войне слишком ужасна для вас. Вы считаете, что критериями положительной или отрицательной оценки исторических событий могут быть лишь государственные интересы. Если в интересах государства необходимо вырезать из истории целый пласт героев, или событий, то это несомненно будет осуществлено. Если интересы государства требуют, чтобы вы поверили в фантастическую историю о 28-ми "панфиловцах", то уверяю вас, что эта история будет повторяться столько раз, сколько это необходимо для того, чтобы вы действительно в неё поверили. Либо "история" пишется путём смешивания правды с ложью. Историю фальсифицировали всегда, но нигде ещё её не фальсифицировали так, как это делалось у вас. Фальсифицированная история, в свою очередь, сама подвергалась фальсификации, и уже никто не мог понять, где правда, а где ложь. Вы считаете, что кто-то хочет умалить значение вашего подвига? А разве знать правду означает "умалять"? Пытаться разубедить вас? Для чего? Чтобы в ответ услышать лишь сказки а - ля "Епишев & Co"? Вы же разучились слышать оппонентов. Для вас существует лишь одна правда - та, что вы сами придумали о себе. И зачем вам прививать какие-то "комплексы неполноценности", если вы уже смертельно больны "победобесием"? Заметьте, что эту хворобу вы сами себя привили. Украинцы здесь ни при чём.



А что думает ГлавПУР?
В сентябре 1966 года Главлит не разрешил «Новому миру» печатать упомянутые Брежневым фронтовые дневники Константина Симонова под названием «Сто суток войны. Памяти погибших в сорок первом».
Главлит отправил в ЦК развернутый донос на Симонова, обвинив его в том, что он считает ошибочной предвоенную политику государства, приводит данные о репрессиях в армии и считает неправильным заключение пакта с фашистской Германией в 1939 году.
Главное управление по охране государственных тайн в печати при Совете министров СССР просило «поручить отделу культуры ЦК КПСС рассмотреть вопрос о целесообразности публикации фронтовых записок К. Симонова и комментариев к ним в подготовленном журнальном виде».
Дневники Симонова были задержаны, потому что цензура чутко уловила изменившиеся настроения. На идеологических совещаниях звучали требования «вступиться за годы культа личности, перестать чернить прошлое и печатать литературу, которая воспитывает героизм и патриотизм».
Корней Чуковский в январе 1965 года принес статью в редакцию «Правды»:
«Николай Александрович Абалкин с серым лицом, облыселый, прочитал вслух при мне статейку о Васнецове и сказал:
– Хорошая статейка, талантливая и главное нужная. Мы должны воспитывать молодежь в духе национальных и даже националистических идеалов. Потому что куда идет молодежь? Разнуздалась, никаких святынь...
Мне и в голову не приходило, что моя бедная статейка – узда для молодежи. Впечатление от «Правды» мрачное, словно тюремное».
Партийный аппарат по всей стране требовал прекратить критику Сталина, не рассказывать больше о репрессиях и лагерях, о катастрофе в начальный период войны. Прошло всего два года после отставки Хрущева, и решено было сделать вид, будто трагедии сорок первого просто не было. Чуковский 15 августа 1965 года записал в дневнике: «Впервые в жизни слушаю радио и вижу, что „радио – опиум для народа“. В стране с отчаянно плохой экономикой, с системой абсолютного рабства так вкусно подаются отдельные крошечные светлые явления, причем раритеты выдаются за общие факты – рабскими именуются все другие режимы за исключением нашего».
На совещании в Москве секретарь ЦК компартии Украины по идеологии Андрей Данилович Скаба говорил:
– Со Сталиным сильно перегнули палку в критике. В результате мы десять лет работали против себя на идейном фронте, подрывая доверие к себе. Отсюда – нигилизм, фрондерство молодежи.
Андрей Скаба начинал карьеру в Харькове, руководил архивом Октябрьской революции, редактировал областную газету, стал секретарем обкома по идеологической работе. В 1959 году Подгорный выбрал его на роль главного идеолога Украины. Его считали «искренним начетчиком и догматиком». Украинский прозаик Олесь Гончар так отозвался о секретаре ЦК Андрее Скабе в дневнике: «...мертвенный палач украинской интеллигенции»...
Секретарь ЦК компартии Грузии Давид Георгиевич Стуруа выразился еще откровеннее:
– Издержки, допущенные в критике личности Сталина, – это не просто издержки, это подрыв самих наших основ. В литературе писатели всячески стремятся принизить позитивное, положительное в деятельности Сталина, изображают его злодеем и монстром. Зачем это делается? В этой связи должен сказать, что сегодня линия журнала «Новый мир» – это линия тех, кто недоволен политикой партии. На страницах журнала виден оскал врага.
«Оскал врага» – это была уже лексика сталинских времен. Слова Стуруа разнеслись по всей Москве. Лексика была признана слишком грубой и откровенной, это в политбюро недолюбливали. Но тенденция была понятна.
Особую роль в духовной жизни страны стало играть Главное политическое управление Советской армии и Военно-морского флота. Любовь Брежнева к армии вылилась в то, что Министерство обороны и ГлавПУР обрели невиданное влияние.
Доверенным лицом Брежнева в армии стал начальник ГлавПУРа генерал армии Епишев. Он демонстрировал особую жесткость в идеологических вопросах, ощущая себя главным комиссаром и блюстителем нравов.
Алексей Алексеевич Епишев начинал трудовую деятельность в мастерских госрыбтреста. С 1927 года работал инструктором, заведующим отделом райкома комсомола. В 1930 году его призвали в армию, он окончил Военную академию механизации и моторизации РККА, получил звание военного инженера 3-го ранга.
В 1938 году Епишева демобилизовали и отправили парторгом ЦК на Харьковский машиностроительный завод. Одного за другим арестовали двух первых секретарей обкома, и в марте 1940 года Епишев стал первым секретарем Харьковского обкома и горкома. Секретарем горкома по оборонной промышленности у него был Петр Шелест.
Войну Епишев прошел в должности члена военного совета 40-й, затем 38-й армии. В конце войны они с Брежневым оказались на одном фронте. В 1946 году Епишева демобилизовали, в мае утвердили секретарем по кадрам и членом оргбюро ЦК компартии Украины. Затем его назначили первым секретарем Одесского обкома.
В 1951 году, после ареста министра государственной безопасности Виктора Абакумова, в министерстве прошла большая чистка. Людей Абакумова снимали с должностей и сажали. Ключевую должность заместителя министра госбезопасности по кадрам занял переведенный в столицу Епишев.
На партийной конференции аппарата МГБ Епишев предложил избрать в партком нового заместителя министра госбезопасности Михаила Кузьмича Рюмина, которого потом расстреляют за фальсификацию печально знаменитого «дела врачей»...
После смерти Сталина Епишева отправили на дипломатическую работу. Многие высшие руководители Министерства госбезопасности были наказаны за свои преступления. Епишева эти процессы обошли стороной. Пять лет он был послом в Румынии, еще два года в Югославии.
В июне 1962 года Епишева назначили начальником ГлавПУРа. Он работал на этой должности при трех министрах обороны – Малиновском, Гречко и Устинове. К шестидесятилетию Брежнев сделал его Героем Советского Союза.
Никогда еще военные политработники не играли такой роли в духовной жизни страны. Формально ГлавПУР имел права отдела ЦК. Фактически роль армейского политоргана стала большей, в споре с другими отделами ЦК верх брал Епишев.
Всякий раз, когда на секретариате ЦК обсуждался идеологический вопрос, председательствовавший задавал традиционный вопрос:
– А что думает ГлавПУР?
И внимательно выслушивал мнение Епишева.
Первым заместителем начальника ГлавПУРа стал генерал-полковник Михаил Харитонович Калашник, с которым Брежнев познакомился на фронте. Леонид Ильич служил в политуправлении Черноморской группы войск, а Калашник был начальником политотдела 47-й армии, входившей в группу.
Генерал Калашник боролся с «искажениями исторической правды» в советской литературе:
«Рисуя, скажем, жизнь штрафников, расстрел дезертиров или проявление малодушия, паники, трусости на фронте, авторы обращаются к изнанке войны, а не определяющим чертам, при этом выхватывают отдельные факты из общей цепи событий, представляют их односторонне, искажая этим правду жизни, развенчивая и принижая героев войны...
Хорошо известны, например, некоторые наши неудачи в начале войны, вызванные целым рядом обстоятельств. Обращаясь к тому времени, отдельные писатели избирают только самые темные краски, смакуя при этом факты отступления, пленения и тому подобное, представляя армию как совсем неподготовленную к борьбе. Но это явно антиисторический подход.
Отдают ли себе отчет эти авторы, какой была наша армия накануне войны, какие огромные мероприятия были проведены партией, правительством на случай фашистского нападения?...»
Начальник ГлавПУРа Епишев писал в ЦК, не называя «Новый мир», но имея в виду этот журнал, о «глумлении над святыми для советского человека понятиями». «Новый мир» фактически запретили выписывать в армии, вычеркнув из перечня рекомендованных изданий – это был сигнал, всем понятный.
Генерал Епишев подписал отправленное в ЦК развернутое обвинение против Константина Симонова, которое заканчивалось такими словами:
«Новая книга К. Симонова является глубоко ошибочной, недостойной советского писателя. Она может нанести серьезный вред патриотическому воспитанию нашей молодежи, искаженно показывая бессмертный подвиг нашего народа во имя защиты завоеваний Октября... Учитывая порочность записок Константина Симонова „Сто суток войны“ и тот вред, который они могут принести, Главное политическое управление Советской армии и ВМФ считает, что издавать их нецелесообразно».
Мнение Епишева возобладало. Военные дневники Симонова не были напечатаны.
Посмотрев фильм о победе под Москвой, снятый по сценарию Симонова и еще одного военного писателя, Евгения Воробьева, Епишев и Гречко высказали так много замечаний, что блокировали его выход на экран.
В речи Брежнева на торжественном собрании накануне двадцатилетия победы, 8 мая 1965 года, впервые за долгое время в положительном контексте прозвучали имена Сталина и Жукова. Маршал Жуков сидел в зале. После 1957 года это был первый случай, когда его позвали на торжественное собрание.
11 мая 1965 года председатель КГБ Семичастный информировал ЦК КПСС:
«Доклад тов. Брежнева на торжественном собрании во Дворце съездов 8 мая комментируется в войсках и на флотах с огромным интересом и теплотой. Военнослужащие и служащие воинских частей и учреждений одобряют данную в докладе оценку деятельности КПСС в годы Великой Отечественной войны и упоминание заслуг тов. Сталина И. В. и Жукова Г. К.
(Далее следовали выдержки из высказываний, заботливо собранных особыми отделами, в которых говорилось о заслугах Сталина и критиковался Хрущев. – Л. М.)
Отдельные офицеры связывают упоминание имени Жукова в докладе и его присутствие в Кремлевском дворце и на Красной площади с возможным его возвращением в ряды Советской Армии...
Вместе с тем отдельные военнослужащие высказывали свое недоброжелательное отношение к упоминанию в докладе имен тов. Сталина И. В. и Жукова Г. К.
Так, председатель Военного трибунала одной из армий Группы советских войск в Германии полковник Писарев в кругу старших офицеров заявил:
«Сколько уничтожили людей Жуков и Сталин. Стоило ли их имена называть в таком докладе?»
Однако Писарева никто не поддержал, и все доказывали ошибочность его точки зрения...
Подобные высказывания единичны и не находят поддержки у личного состава Вооруженных Сил».
Упоминание имени Георгия Константиновича Жукова породило надежды на его полную реабилитацию. Но маршала ненавидели армейские политработники. Они пытались помешать изданию его воспоминаний.
3 марта 1968 года на политбюро Брежнев говорил:
– У нас появилось за последнее время много мемуарной литературы... Освещают, например, Отечественную войну вкривь и вкось, где-то берут документы в архивах, искажают, перевирают эти документы... Где это люди берут документы? Почему у нас стало так свободно с этим вопросом?
Министр обороны Гречко пообещал:
– С архивами разберемся и наведем порядок. О мемуарах Жукова мы сейчас пишем свое заключение. Там много ненужного и вредного.
Архивы были надежно закрыты для исследователей. А воспоминания Жукова вышли в свет только после того, как была сделана нелепая вставка – только чтобы доставить удовольствие Брежневу.
«В 18-ю армию генерала К. Н. Леселидзе, – будто бы писал маршал Жуков, – мы прибыли вместе с наркомом Военно-Морского флота Н. Г. Кузнецовым, командующим ВВС А. А. Новиковым и работником Генштаба генералом С. М. Штеменко... Всех нас тогда беспокоил один вопрос, выдержат ли советские воины испытания... на Малой Земле.
Об этом мы хотели посоветоваться с начальником политотдела 18-йармии Л. И. Брежневым, но он как раз находился на Малой Земле, где шли тяжелые бои».
Читатели смеялись: надо же, маршал Жуков решил попросить совета у полковника Брежнева...
Маршала Жукова избрали делегатом XIX съезда партии, но Брежнев не советовал маршалу приходить во Дворец съездов. Сказал его жене Галине Александровне по телефону:
– Такая нагрузка при его состоянии здоровья. Четыре часа подряд вставать и садиться.
– Но Георгий Константинович хочет быть на съезде, – пыталась объяснить Галина Александровна, – для него это последний долг перед партией. Сам факт присутствия на съезде он рассматривает как свою реабилитацию.
– То, что он избран на съезд, и есть реабилитация, – ответил Брежнев.
А вот упоминание имени Сталина в брежневском докладе имело куда более серьезные последствия. Оно прозвучало как сигнал к реабилитации всего сталинского наследия. Один из руководителей отдела пропаганды ЦК Василий Иванович Снастин наставлял газетных и журнальных редакторов:
– Вы что, не понимаете, что произошло? Не ощущаете дух доклада Брежнева?


Л.Млечин "Брежнев"

Tags: Война
Subscribe
promo ru_polit июль 5, 22:33 77
Buy for 80 tokens
В сообществе публикуются посты, содержащие уникальный контент общественно-политической тематики. 1. Кат. До ката допускается размещать не более 15 строк текста и не более одного фото или одного видео. Размещение шокирующего контента допускается только под спойлером и с обязательным…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 145 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →